Моряки не сдаются!

Уникальное для современной России решение принял недавно Люберецкий гарнизонный военный суд. В должности был восстановлен подполковник Виктор Биронт (в среду он получил на руки оправдательный приговор) и его коллеги-офицеры — руководство сгоревшей в Подмосковье во время летних пожаров базы снабжения ВМФ. А между тем наказать виновных в этом пожаре поручал министру обороны президент Дмитрий Медведев.
Корреспондент “МК” встретился с подполковником Биронтом, который отважился оспорить решение верховного командования.Напомним, пожар на базе материально-технического обеспечения Военно-морского флота под Коломной произошел 29 июля. Ущерб, который нанесла стихия, Минобороны оценило примерно в 4 миллиарда рублей. Президент вынес неполное служебное соответствие главкому ВМФ и велел уволить ряд высокопоставленных офицеров, в том числе командира  сгоревшей войсковой части 13180.
Но командир по-прежнему в строю.
Подполковник Биронт встречает меня на своей “пятерке” на окраине Коломны, и мы едем в его часть. Масштабы поражают — территория 115 гектаров. По периметру выгоревшие высоченные деревья, метров по 20—30 высотой, на земле вырыты канавы, которые рыли еще летом, чтобы остановить низовой огонь. Сейчас они покрыты снегом.
Войсковая часть 13180 занимается отправкой железнодорожными эшелонами на все четыре российских флота всего необходимого для функционирования морской авиации: то есть запчастей для самолетов, обмундирования для летчиков и т.д. До пожара здесь хранились как детали к старым маркам самолетов, которые уже списаны и не стоят на вооружении в наших войсках, так и новое дорогостоящее оборудование. Например, за несколько дней до пожара сюда с оборонного завода по линии закупок Минобороны прибыли два новейших дорогостоящих авиадвигателя. Стоимость каждого оценивается примерно в 50 миллионов рублей.— С 19 июля мы со всем личным составом принимали участие в тушении лесных пожаров в Коломенском районе, — рассказывает подполковник Виктор Биронт. — У нас было 14 ранцев с распылителями для огнетушения. Больше никакого оборудования — ни респираторов, ни защитных костюмов.
Опасные очаги вблизи базы ВМФ обнаружили 29 июля в 6 утра. Уже 10 дней, как офицеры и матросы работали по ненормированному графику, помогая спасателям и волонтерам в тушении пожаров. Кстати, личного состава в части было всего 40 человек — 8 офицеров, 11 контрактников и 21 матрос-срочник. Именно столько человек, согласно новому послереформенному штатному расписанию, должны были обеспечивать функционирование базы ВМФ. И, получается, именно столько человек должны были бороться с огненной стихией.
— С работой мы справлялись, я считаю, хорошо. За год отправили около 70 эшелонов на флота, — рассказывает Виктор Биронт. — До пожара я находился в должности всего два месяца и 25 дней. Тем не менее у нас был сплоченный, хороший коллектив, грамотные офицеры.Осматриваем объекты воинской части. Казарму, штаб, котельную, унылый, обшарпанный, полуразваленный дом, где находятся служебные квартиры офицеров, удалось отстоять. Кроме того, у военных получилось оградить от огня склад ГСМ, там находились четыре резервуара с горючим. Каждый по 25 тонн. Если бы эти 100 тонн горючего взорвались, масштабы жертв и разрушений даже сложно было бы вообразить.
На базе ВМФ нет противопожарного оборудования. Была одна старая, списанная пожарная машина, после тщетных запросов о помощи, когда огонь был уже совсем близко, подполковник Биронт отдал приказ подчиненным заводить ее. Хотя это было незаконно, выбора не было (на основании указания Генштаба №314/4572 пожарная команда в составе 12 человек и двух пожарных автомобилей была расформирована). Когда огонь уже пошел верхом и трагедия стала очевидной и неизбежной, районные власти приняли решение отключить воинскую часть от газа во избежание взрыва, а заодно и от электричества и воды.
Еще за неделю до пожара подполковник Биронт звонил в штаб ВМФ, докладывал о ситуации и отсылал факсограммы. Ноль реакции. А между тем даже лес на территории части рубить было запрещено. Предыдущий командир пытался вырубить деревья на территории, но ему выставили штраф в 540 тысяч рублей. Впрочем, суд требования смягчил и решил, что командир должен за свои деньги купить и посадить столько же саженцев, сколько было вырублено деревьев. А также заплатить государству около 30 тысяч рублей штрафа. Кроме того, деревья нельзя было рубить из-за соображений маскировки.
К 16.00 29 июля начался ураган, мощный ветер распространял огонь со скоростью 18 метров в секунду. Пламя пошло уже поверху, и обгоревшие ветки начали падать на землю и здания. Загорелся смотровой деревянный дом прямо на водонапорной башне. Биронт принял решение сначала эвакуировать оружие, “секретку”, гражданский персонал и членов семей военнослужащих.
— В какой-то момент трое наших оказались в огненном мешке, им удалось вырваться оттуда, — рассказывает матрос Евгений Новосёлов. — Матрос Никипелов только немного обгорел, его наш командир роты потом отвез в “районку”. Вообще было очень дико. Страшно, когда температура 1200 градусов и ты своими глазами видишь, как плавится металл. Мы потом еще неделю какой-то черной слизью харкали всей частью. Нас офицеры заставляли три раза в день молоко пить.Рында — пожарный колокол. Одно из немногих средств пожаротушения, оставшихся в части после реформы.

У двоих офицеров, в том числе и у подполковника Биронта, обгорели ноги во время тушения. К девяти вечера из 89 хранилищ имущества сгорели уже 16.
— У нас тогда во время пожара у одного контрактника машина сгорела. А в ней находились костюм, зарплата и два обручальных кольца. На следующий день он должен был жениться, — рассказывает командир роты майор Алексей Ермолов. — Он с нами тушил пожар. Свадьбу пришлось отменить.
Все догорело к полуночи. Именно тогда и приехал в часть замминистра обороны генерал Булгаков вместе со своей свитой.
— Первое, что мне сказал генерал Булгаков, — это: “лучше бы ты, Биронт, сам здесь сгорел”, — говорит подполковник. — Он еще потребовал с моего телефона набрать начальника районного МЧС, но тот с криками послал его подальше, не знал же, что это генерал ему звонит, да и пожары кругом как-никак. Я думал, Булгаков расшибет мой телефон. Тогда он со своего аппарата начал звонить Шойгу и совещаться. А нам он велел предоставить ему справку-отчет, и мы всю ночь еще корпели над бумажками. Спать легли в 6 утра.Кстати, вместе с генералом Булгаковым из штаба ВМФ приехал майор Сторчак. И самое интересное — спустя некоторое время за свои героические действия во время спасения военного имущества от огня он получил орден Мужества.
После пожара следователи возбудили уголовное дело. Вина Биронта и других офицеров установлена не была. Но их все равно выгнали, причем один из уволенных военных находился в должности всего неделю. Подполковник Биронт прослужил в армии 26 лет, и за все это время у него не было ни одного взыскания. После всей этой истории он впервые в жизни попал в госпиталь. Сердце, нервы.
— Городская администрация Коломны наградила весь личный состав за мужество, проявленное во время тушения пожаров летом 2010 года. Просто они видели, какой тут был ад и что на самом деле пришлось всем пережить. Ведь это мы оказались в огне, а не те, кто нас увольнял, — вздыхает майор Ермолов. — Я, например, намерен добиваться полного восстановления на службе. Хочу командовать ротой снова.
Виктор Биронт и его коллеги оказались заложниками обстоятельств. Кроме офицеров сгоревшей базы, которые отстаивали ее до последнего, в кадровом отношении не пострадал никто. Их сделали козлами отпущения. Но суд решил иначе. Оправдательный приговор подполковнику выдали на руки 8 декабря. Перед военной юстицией теперь стоит задача в течение 10 дней подать кассацию. И тогда, при включенном административном ресурсе, повторное решение может оказаться не в пользу Биронта и его коллег. Я спросила у офицера, чего он ожидает от будущего.

— Справедливости. Просто хочу восстановить свое имя. Мы не преступники, мы от начала до конца выполняли свою работу. Слава богу, что все живы остались, ни одного цинка не отправили. Но я все равно после всего этого не останусь в армии. Хочу нормально уволиться, нас же сейчас вышвырнули на улицу. Вот эта квартира, где мы живем, это служебная, в любой момент могут выкинуть отсюда. Мне хоть пенсия положена, а вот отсюда майора Гидаятова также уволили без суда и следствия, которому до пенсии оставалось всего 5 месяцев, у него 19,5 года выслуги. И что ему теперь делать? Вся жизнь насмарку... А мне придется приступить к поиску работы на гражданке.
— Страшно?
— Есть немного. Но справлюсь.

 

Источник: Московский комсомолец
Если этот сайт вам полезен и нравится, то в знак благодарности, внесите вклад в его развитие, перечислив любую сумму на яндекс кошелек

Хочется высказаться? Оставьте комментарий!